Раздел: Учение

Вы находитесь здесь:Главная»Учение»Начатки учения»О Правоотношениях с Богом

О Правоотношениях с Богом

"Если посмотреть на христианство в целом, то нельзя не увидеть, что христианство порабощено многими явлениями, в том числе - грехом и борьбою с ним, а также - невежеством, бессилием, страхом и т.д. И это в то время, как писание многоразлично говорит о свободе от греха и страха, невежества и т.д. "Освободившись от греха и ставши рабами Богу, плод ваш есть святость",- говорит апостол Павел. "Он избавил тех, которые от страха смерти чрез всю жизнь были подвержены рабству" и т.д. Но не все из христиан в столь бедственном положении и не все церкви в таком порабощении. Есть церкви, стоящие на добром основании веры, праведности от веры и свободы от греха. Но и они находятся в некоем порабощении, которое можно обозначить как порабощение младенчеством и, говоря юридическим языком - порабощением недееспособностью. Всем во Христе Иисусе от младенчества определены обетования Божии: мир, радость, покой, любовь и т.д. и как вершина всех обетований - власть небесного священства. "Все вы род избранный, царственное священство". Но достигнуть этой вершины очень и очень сложно".

Если посмотреть на христианство в целом, то нельзя не увидеть, что христианство порабощено многими явлениями, в том числе - грехом и борьбою с ним, а также - невежеством, бессилием, страхом и т.д. И это в то время, как писание многоразлично говорит о свободе от греха и страха, невежества и т.д. "Освободившись от греха и ставши рабами Богу, плод ваш есть святость",- говорит апостол Павел. "Он избавил тех, которые от страха смерти чрез всю жизнь были подвержены рабству" и т.д. Но не все из христиан в столь бедственном положении и не все церкви в таком порабощении. Есть церкви, стоящие на добром основании веры, праведности от веры и свободы от греха. Но и они находятся в некоем порабощении, которое можно обозначить как порабощение младенчеством и, говоря юридическим языком- порабощением недееспособностью. Всем во Христе Иисусе от младенчества определены обетования Божии: мир, радость, покой, любовь и т.д. и как вершина всех обетований- власть небесного священства. "Все вы род избранный, царственное священство". Но достигнуть этой вершины очень и очень сложно.

Священник, прежде всего- функционер в Боге. Как колено Левиино, будучи первородным Израиля, осуществляло служение Богу в храме в разнообразном служении: кто входил во святилище, кто служил при жертвеннике, кто пел, кто охранял храм, кто очищал его и т.д., но все служили Богу, т.е.- функционировали, так и служителя Нового Завета призваны к разнообразному служению Господу, т.е.- функционированию. "И как вы имеете различные дарования, то служите друг другу тем даром, который получили". "Имеешь ли служение, пребывай в служении, учитель ли - в учении, увещатель ли - увещавай и т.д." Но народ Божий мало верит в свое первородство, мало верит в свое почетное предстояние в Боге, мало дерзает в достижение высокого статуса священника Нового Завета, должным образом не ищет функционирования.

Причин для этого очень много и многие причины мне были ясны. Неверие, жизнь по плоти, недостаточное знание Бога в духе и т.д. Но внимание мое было приковано к достижению высокого статуса в Боге, т.к. я видел, что народ Божий исторически приучен к унижению в Боге, но не к возвышению в Нем. Но как Христос являл бы великие дела Божии, если бы не мог сказать: "Я и Отец- одно". Через что же человек Божий придет к такому исповеданию себя в Боге? Что должен он осознать на пути восклонения своей головы в Боге? Так вот, чтобы вырваться из младенческой недееспособности в Боге, я стал обращаться к Нему.

Я сказал: "Господи! Рассуди мои мысли, на верном ли я пути? Я буду говорить,

что думаю и знаю, а Ты направляй меня на единственно верные ответы. Я же буду размышлять на человеческом языке в границах человеческого умозрения, но понять хочу небесные закономерности общения с Тобою. Итак, я начну?" И я почувствовал Его благорасположение.

Я начал говорить так: "Человек, рождаясь в этот мир, входит в сложные и таинственные законы взаимодействия с ним, становясь участником многоступенчатых отношений с обществом, государством, властями, а далее и с духами, ангелами и Богом. Все взаимоотношения человека с внешним миром находятся в определенных законах. Отношения между людьми, отношения родителей и детей, мужа и жены, человека и государства- все подчинено определенным законам. Все отношения, урегулированные законом, нормами права, называются правовыми отношениями или правоотношениями. Скажи, Господи, можно ли отношения человека с Богом назвать правоотношениями? Ведь закон Христов, на мой взгляд, призван осуществлять эти отношения.

"Можно,- последовал Божеский ответ,- но только в той мере, в какой падающая тень от предмета соответствует предмету. Рассматривай эту тень, возможно приблизишься к истинному образу вещей".

Отсюда следует, что все духовные категории, существующие на земле: любовь, свобода, покой, власть, жизнь, истина и т.д.- прежде в чистом виде существуют в Боге, а затем, преобразившись в немощные или уродливые формы, выявляются на земле. Я знаю, что человеку затруднительно понимать небесное, т.к. он земного не может вместить, но все же я буду искать параллели и подобия между земным и небесным, чтобы увидеть некие общие закономерности того и другого, чтобы оторваться от младенчества и приблизиться к небесным высотам. Я буду рассматривать отношения человека с Богом, урегулированные законом Божиим, чтобы сделать соответствующие выводы.

Под законом Божиим я понимаю закон Христов. Закон Христов есть закон вечной жизни, удерживающий творение в Нем и возвращающий все отпадшее от Него в соответствие Ему, в образ и подобие Его. "Ибо все из Него, Им и к Нему". Закон Христов суть добрый закон, преследующий цели непреложного блага для всего творения, цели всяческого устройства, управления и соразмерности. "Все соделал Он прекрасным в свое время". Все творение Божие, видимое и невидимое, суть творение подзаконное Богу. "По воле Своей Он действует как в небесном воинстве, так и на земле, и нет никого, кто мог бы противиться руке Его и сказать Ему: "Что Ты сделал?" Закон Христов как благая воля Законодателя ко всем подзаконным Ему предусматривает и регламентирует все возможные формы отношения человека с Богом: и отторжение человека от Бога, и суд, и воздаяние, и оправдание через кровь Иисуса Христа, и праведность от веры, и достижение совершенства чрез священство, и вечное властвование. Закон Христов суть духовный закон, проникающий до разделения души и духа" и регламентирующий "помышления и намерения сердечные", а также регламентирующий все формы человеческих общественных отношений. И все это- ради возвращения отпадшего творения к Богу, ради восстановления в твари закона пребывания в Нем, закона вечной жизни, ради соответствия твари Творцу. Бог, возвращая человека к Себе, возвращает его к подвластности Своей воли, к соблюдению Своих законов, уставов и определений. Принятие творением этих законов Божиих являет творению благое воздаяние Божие- всяческое духовное благословение в небесах, а пребывание в них и познание их открывает для творения сущность всех вопросов о мироздании, о вечной жизни, а в конечном итоге - сущность Сущего.

Я познал, что Бог дал человечеству только два закона: закон Моисеев и закон Христов. Человечество до Моисея пережило длительный период истории без закона и это был сравнительно блаженный период его младенчества. Закон Моисеев был дан только на время как средство удержания человечества от преступлений. Закон Христов как закон жизни духа по вере был призван осуществлять регламентацию всех функций сотворенного Богом, но оказался не принятым и, преобразившись в закон буквы вместе с законом Моисеевым, лег в основу всех земных законов человечества. Нельзя сказать, что эти земные законы создавались произвольно или стихийно и не были вызваны необходимостью. Вся борьба добра и зла на земле происходила и происходит на уровне законотворчества и реализации норм права. Нельзя сказать, что эти законы не имели в себе внутренней логики и не были научны. Целесообразность их вполне доказуема. К тому же, общество людей- сложная и обширная система- не может существовать без согласованного действия множества составляющих его частей, т.е. без внутренней организации и управления. Право - один из важнейших инструментов, с помощью которого организованное в государство общество обеспечивает такое управление. Законодатели земли, создавая и опираясь на право и юридическую науку, исследуя объективные закономерности общественных отношений людей, исторически приводили эти отношения в соответствие с потребностями общественной практики.

Но главное - тайное искусство обольщения, восстание антихриста как продолжающееся отступление человечества от Бога - вот что закодировано в законах человечества после Христа. По пришествию Христа нет воли Божией на существование человеческих законов, т.к. бессильность любого человеческого закона на пути к добру и Богу также вполне доказуема. И потому, все законы после Христа суть беззаконные законы, суть люциферианские законы, к которым Бог, практически, не имеет отношения. Но тем не менее, закономерности правоотношений людей земли подобны закономерностям правоотношений человека с Богом. При том, что законодатели земли, в основном, были отчуждены от Бога и правды Божией, но можно сказать, что они как бы считывали с небес закономерности закона Божьего, закономерности правоотношения человека с Богом и распространяли их на общественные отношения людей. Участниками человеческих правоотношений являются все рожденные в этот мир люди. Но общественное положение всех людей чрезвычайно неоднозначно. Причастность родословию, властным структурам, богатству, протекции, посвящению и т.д.- решает все. Как бы ни провозглашались гуманистические идеалы, как бы ни декларировались декларации, что все люди рождаются свободными, как бы ни насаждались якобы равноправные отношения всех людей как субъектов правоотношений, все- ложь. Фактического равноправия людей на земле не существует.

Всвязи с этим я спросил: "Господи, можно ли мне назвать себя субъектом правоотношения с Тобою? Мне важно это знать, т.к. всегда осознавая себя лишь объектом правоотношения с Тобою, которому в одностороннем порядке спущена от Тебя воля Твоя и закон Твой, я не смогу приблизиться к дерзновению во имя Твое, не смогу приблизиться к свободе личности сына Божьего, не смогу воспользоваться небесным священством и небесною властью. Но есть ли основание для меня, чтобы из объекта правоотношения мне подняться до осознания себя субъектом правоотношения с Тобою?"

"Можно, если будешь иметь веру,- последовал Божеский ответ. Если достигнешь сознания сына Божьего, то приблизишься к равноправному общению со Мною".

"Господи,- продолжал вопрошать я,- можно ли мне Тебя назвать Субъектом правоотношения со мною? В осознании этого вопроса скрыт для меня огромный смысл. Если мы с Тобою равноправные субъекты, то это решительно меняет все. Если хотя бы отчасти Тебя можно назвать Субъектом правоотношений, то мне это обещает невиданные свободы и права. Это означает, что нам как субъектам правоотношений прилежит хотя бы приблизительное равновесие прав и обязанностей в наших договорных отношениях по Твоему же закону. Это означает, что не только мне, но и Тебе прилежат обязанности, мне же, когда Тебе прилежат обязанности, прилежат права. Я знаю, что земные правоотношения подзаконного человека и законодателя как бы позволяют их называть субъектами, но это ложь и лицемерие. Законодатели земли всех подзаконных содержат в рабах, объектами правоотношений, сами будучи свободными от созданных ими законов и обязанностей по закону. Но с Тобою, я думаю, не так. Ты также больше Своего закона, но не можешь быть свободным от него и обязанностей по закону, т.к. закон Твой есть Твоя суть. Итак, могу ли я Тебя считать Субъектом правоотношения со мною?"

"Можешь,- был ответ. Что обещал выполню. Слово Мое ненарушимо".

Но этот Божеский ответ не добавил мне веры и ясности, т.к. понимать себя и Бога как двух равноправных субъектов правоотношений не только чрезвычайно трудно, но и страшно. Что есть человек пред Богом и как можно уравнять Бога и человека в обязанностях и правах?

И я спросил еще: "Господи. Что мне может доказать, какое есть основание для меня считать себя и Тебя субъектами правоотношений? Я вижу на себе начатки обетований Твоих, Твой Дух, вижу, как преображается мой внутренний духовный человек, имею в себе начатки Твоей силы и власти, причастен праведности и святости Твоей. Является ли это доказательством моей правосубъектности?"

"Если ты - человек,- последовал Божеский ответ,- то ты не будешь иметь доказательства в себе. Но если ты - сын Божий, то это докажет тебе. С человеком Я говорю на человеческом языке, с сынами Моими на другом. С человеками Я веду тяжбу, сынам Моим принадлежит все Мое".

И по мере моих размышлений мне становилось все виднее и яснее, что человек, приближающийся к Богу, есть сложное и таинственное создание, что в одно и то же время он есть и сын человеческий, и сын Божий, как было и со Христом. Как человек, Христос проделал огромный путь от страданий и слез, молитв и молений, болезней и смерти до "навеки совершенного Сына Божьего", когда смог сказать: "Я и Отец- одно". Каждый человек, верою преображаясь в сына Божьего, духом усыновления взывая к Богу: "Авва, Отче",- способен достигать правосознания равноправного отношения с Богом, когда по нечеловеческому дерзновению он скажет: "Я и Отец- одно". И в этом слове человек откроет тайну отношений с Богом, урегулированных законом Божиим, тайну отношений двух равноправных субъектов. Не потому равноправных, что человек станет равным Богу, а потому, что Отец и сын суть одной природы, что сын подобен Отцу, являясь образом Его.

Но видя, сколь трудно человеку охватить эту тайну, а еще трудней перевести ее на язык человеческих слов, я был в безмолвии и спросил: "Господи. Как мне объяснить это Твоему народу? Ведь народ Твой сидит во младенческой недееспособности и всяком порабощении. Какие мне найти слова, чтобы объяснить народу, как подняться ему до осознания равноправного отношения с Тобою?"

Но Господь сказал мне: "Не уподобляйся жене Лотовой, не оглядывайся назад, не становись соляным столпом. Ты иди за Мною. Народ Мой не верит Мне, как же он поверит тебе? Кто имеет веру, тот обретет сознание Сына Божьего и познает тайны Мои. Ты же познавай Мои тайны и открывай их тем, кто доверяется тебе и пусть они будут полезны вам."

Я видел, что человеку невероятно трудно приблизится к осознанию равноправных отношений с Богом. Человек в своих отношения с себе подобными людьми, обществом и государством не понимает сути своих отношений, как же он достигнет сути своего отношения с Богом?

В последнее время всему миру навязана определенная картина мира, так называемая идея демократии, псевдонародовластия, идея якобы равноправного отношения людей под властью закона. Но это есть ложь и хитрое искусство обольщения, наброшенное на все народы определенными силами земли, стремящимися к мировому господству. Народ никогда не был властвующим органом и не может им быть. Но властвует тот, кто над народом. Тот же, кто осуществляет реальную власть, тот является и законодателем. Законодатели земли, создавая свои законы, охраняют свою власть, т.к. ничем успешнее нельзя содержать подзаконных людей в подвластности своей воли, как властью под стражею закона. Сами же законодатели свободны от созданных ими же законов, иначе - законы были бы больше законодателей, чего не может быть на самом деле. Хотя видимость всеобщей подвластности верховенству закона тщательно создается и сохраняется, но это есть ложь и хитрое искусство обольщения.

Закон есть лучшее средство удержания всех подзаконных в подчинении, т.к. юридические санкции, оговоренные законом как карательная функция закона всех подзаконных содержит силою в воле законодателя. Налицо закон силы. Не права и обязанности по закону прилежат людям земли как равноправным участникам договорных отношений по закону, а естественный закон мира сего: "кто сильнее, тот и прав". Не права и обязанности по закону прилежат людям земли, а права и закон. Права и свободы- господам и свободным, всем подзаконным рабам- закон. Правосубъектность прилежит господам и свободным, все же, кто находится под законом суть объекты правоотношений, которым в одностороннем порядке тонко и искусно доведена воля законодателя. Вся история человечества, все войны, порабощение одних народов другими преследовали, в сущности, одну цель: приобретение прав и свобод для одних людей за счет наложения обязанностей на других. Какими бы обольстительными не были бы идеи равенства, братства и свободы, но все это есть обман и хитрое искусство обольщения.

Итак, властный орган, пользующийся в полной мере правами и свободами, посредством закона доводит свои веления до подзаконных ему людей. Одних людей он пожизненно содержит в правообъектности, другим предоставляет определенный правовой статус, позволяющий им пользоваться определенными жизненными благами. Но правовой статус есть не сумма прав и обязанностей по закону, распределяемых законодателем между участниками отношений, а сумма прав и свобод, освобождающих их от закона, при условии их правомерного поведения, которое соответствует воле законодателя. Правовой статус человека складывается из многих составляющих: из знания, из искусности в работе или ремеслах, из богатства, из духовности и силы, из родословия и клановости и т.д., но более всего для человеческого статуса значит правомерное поведение человека, соотвествующее воле законодателя. Законодатель заинтересован в повышении правового статуса таким людям, т.к. повышающийся статус таких людей увеличивает их дееспособность в воле законодателя, через что возрастает объем власти законодателя. Итак, посредством юридических санкций законодатель приводит подзаконных ему людей к правомерному поведению, предоставляет им правовой статус, увеличивает их дееспособность и увеличивает свою власть. Но в свою очередь, до определенного момента подзаконные законодателю участники правоотношений являются объектами по отношению законодателя, хотя могут быть и являются субъектами правоотношений по отношению с себе подобными, и в свою очередь, могут быть законодателями по отношению следующих объектов права.

Как объекты, так и субъекты правоотношений, стремясь к достижению большего правового статуса, все более достигая правомерного поведения, совпадающего с требованиями закона, все более приближаются к законодателю, достигая соответствия индивидуальной воли с волей законодателя. И по мере увеличения правомерного поведения людей, законодатель все более увеличивает правовой статус подзаконных ему людей, расширяя компетенцию их, предоставляя им все большие права и свободы, а также- власть и сотворчество с ним. Высшие проявления отношений законодателя и подзаконных при высшем правомерном поведении их вовсе исключают правоотношения на уровне созданных законодателем законов. Правоотношения становятся отношениями, урегулированных верою, что более эффективно приводит волю подзаконных в соответствие воли законодателя до полного упразднения индивидуальной воли человека ради превосходства и господства воли законодателя. Законодатель и подзаконный в этом случае становятся свободными субъектами отношений, урегулированных высшим законом, законодателем которого является уже не человек, но Бог. Как Бог ведет Свой народ к подобию и образу Своему, так и диавол ведет людей в соответствие своей воли, в образ и подобие свое.

Но многие ли из людей познали, что это так? Если земное и человеческое утаено от людей, что они могут увидеть в отношениях человека с Богом?

Субъектами правоотношений как в земных, так и в небесных отношениях могут быть только свободные, сознательные и волевые участники отношений, которых законодатель наделяет особым качеством и способностью, так называемой- правосубъектностью. Из правосубъектности вытекает правоспособность, т.е. способность иметь субъективные права и нести обязанности по закону. Прилежание прав человеку от Бога - вот что является главным, что необходимо принять человеку, ищущему вступить с Богом в качественно новые отношения. Право требования, право притязания, право пользования, право наследования и т.д.- вот основные права, прилежащие человеку от Бога. Прилежание прав человеку в равноправном отношении с Богом есть тайна. Достижение этой тайны, достижение соответствующего правосознания, которое есть совокупность идей, представлений и чувств, в которых выражается отношение к праву и действиям, находящихся в сфере правового регулирования, достижение этого формирует в человеке новую духовную и чувственную природу, природу правоспособного и дееспособного сына Божьего.

Правоспособность, которую человек получает от Бога, зависит от многих составляющих. Необходимо родиться от Бога, вскормиться от царского стола, воспитаться в царском доме от приставленных Отцом попечителей и учителей, достигнуть правомерного поведения, освидетельствованного Отцом, достигнуть совершеннолетия, т.е. непосредственного знания Бога и водительства Духом Святым. Но главное в достижении правоспособности - принятие верою равноправного отношения с Богом и как следствие этого - прилежание прав. Необходимо открыться сознанием к сыновнему достоинству в Боге, поверить, что Бог, называя нас сынами Своими, все предоставил нам. "Все мое, что принадлежит Отцу",- вот слово, которое должен родить в себе человек, достигающий правоспособности в Боге. Глина бесправна в руках горшечника, но глина, ставшая сосудом в чести, сосудом в достойном употреблении, вправе требовать к себе достойного отношения.

Теория земных правоотношений людей предполагает равное и попеременное распределение прав и обязанностей между участниками отношений. Если одна сторона является управомоченной, то другая - обязанной, и наоборот. Если одной стороне прилежат права как меры должного поведения, то другой - обязанности как меры дозволенного поведения, и наоборот. Эта схема отношений существует и в отношениях человека с Богом, с той лишь разницей, что человек, практически, всегда осознает себя обязанной стороной с полною мерою обязанностей пред законом, и никогда не осознает себя управомоченной стороной со своею мерою субъективных прав. Если в отношении наследования вечной жизни христиане еще как-то могут мыслить, но о праве наследования- никак. Еще труднее они достигают сознания о праве требования, праве притязания и праве пользования. А между тем, Бог предлагает человеку такие отношения, когда и человек и Бог могут выступать в лице и обязанного и управомоченного лица. Формула "если - то", существующая в любых договорных отношениях, предусматривает попеременное распределение прав и обязанностей между участниками отношений, хотя в отношениях человека с Богом это не выглядит очевидно. Так, при водном крещении человека, человек вступает с Богом в явно договорные отношения, где явно существует формула "если - то". "Обещание Богу доброй совести - спасает воскресением Иисуса Христа". Если человек пожизненно сохранит добрую совесть в Боге, то Бог непременно приведет его ко спасению. Иначе говоря, Бог обязан привести человека в жизнь вечную при условии сохранения человеком доброй совести. Так и при любых других условиях и отношениях, где просматривается формула отношений "если - то".

"Если вы будете слушать законы сии и хранить и исполнять их- благословенны вы будете больше всех народов". "И если презрите Мои постановления, и если душа ваша возгнушается Моими законами и вы не будете исполнять Моих заповедей, нарушив завет Мой, то я обращу лицо Мое на вас и падете пред врагами вашими",- здесь налицо Бог- управомоченная сторона, а человек- обязанная. Но при условии соблюдения человеком требований Божиих, человек перемещается от обязанной стороны к управомоченной и может достигать права требовать Божьего воздаяния, выраженного в благословении. Но вообще-то, если бы Бог навсегда оставался бы на небесах и только бы диктовал Свой закон человеку на земле, то Бог навсегда бы оставался управомоченной стороной, а человек - обязанной. Но Бог возложил на Сына Своего обязанность пострадать за людей, и в этой миссии Христа- человеку прилежат права. "Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих", для искупления с последующим правом первородства. И здесь налицо Бог - обязанная сторона, человек - управомоченная. "Что свяжете, то свяжется", "кому простите грехи, тому - простятся",- где явно видны правовые дееспособные действия человека и обязательные Божии действия.

Идея первородства, выраженная Богом еще в законе Моисеевом, всем разверзающим ложесна" предоставляла право первородства. В чем это выражалось и что предполагало право первородства? Власть как земного, так и небесного священства, такая власть, выше которой не может быть никакой власти, кроме самостийной власти Самого Бога, а также- наличие свобод и прав, присущих наследникам царственных обетований, а также - наличие определенных необходимых жизненных благ. Всякий человек, рожденный в Боге через Христа, как первородный в Боге, также обладает всем этим. На земле всем людям теоретически предоставлено быть субъектами правоотношений от рождения, но фактически человек становится субъектом по достижению совершеннолетия. Так и в Боге. От рождения человека в Боге, человеку как сыну Божьему предоставлены все права, но "наследник, доколе в детстве, ничем не отличается от раба" и не может быть субъектом права, но - объект, которому в одностороннем порядке доведена воля Божия. А значит, младенец во Христе суть обязанная и бесправная сторона. Более того, возрастное совершеннолетие человека на земле вообще не является фактором обретения правосубъектности, но достижение правового статуса делает человека равноправным субъектом правоотношений, а правовой статус, как известно, складывается из многих составляющих. Так и младенец во Христе является бесправным "лишь до срока, отцом назначенного". И достижение этого срока для верующего человека есть по сути дела мучительное достижение особого правового статуса человека в Боге, а не плотского совершеннолетия. Более того, для достижения правосубъектности всякому человеку на земле совершенно недостаточно теоретических конституционных обольстительных теорий о равноправии всех людей, но чтобы стать действительным субъектом правоотношений человеку необходимо пролить и пот и кровь, а может быть и умереть за свои законные свободы и права, преодолевая сверхчеловеческие противодействия таинственных духовных сил земли. Так точно обстоит дело и в достижении правосубъектности в Боге. И если этот срок приходит, а законный наследник не вступает в правопритязание и правонаследование, то это не законный наследник, не первородный сын. Даже в земных человеческих отношениях родителей и детей явно видно, как подрастающий сын естественным образом заявляет о себе, претендует на свое правопритязание и правонаследование. Если это не так, то это - больной, недееспособный ребенок или это - Исав, легко меняющий свое первородство на чечевичную похлебку.

Зачем Иаков так боролся за первородство? Первородство предполагало наличие прав и свобод. Получив первородство, Иаков получал право наследования лучшей и большей доли наследства от отца и отеческое благословение, которое на многие века предопределило всяческое благо для всего потомства Иакова даже до сего дня. Право притязания, выражающееся в возможности удовлетворять свои потребности собственными действиями, делало Иакова дееспособным и равноправным участником всех общественных отношений того времени, в прямом смысле отпускающим его на свободу. До благословения отец - управомоченная сторона, Иаков - обязанная, после благословения - и Иаков и отец суть субъекты отношений. До благословения права у отца, обязанности у Иакова, после благословения- возможно, и наоборот. До благословения отец - законодатель, Иаков - объект, после благословения и отец и Иаков - равноправные участники правоотношений, урегулированные неписаным небесным законом.

Это возможно лишь для человека, наделенного сознанием и волей, т.к. все правоотношения имеют сознательный и волевой характер. Это невозможно, если человек раб или скот. Вообще не может существовать равноправных отношений между человеком и скотом, между свободным и рабом, между здоровым, нормальным и недееспособным человеком. Не может существовать равноправного отношения между Богом и человеком, состояние которого можно обозначить как рабское или скотское. Младенческая недееспособность в Боге суть также есть рабство. И все это есть правообъектность. Всем таковым в одностороннем порядке спущена от Бога воля Его, выраженная законом Его. "Как скот я был пред Тобою, пока не вошел во святилище и не уразумел",- говорит Асаф. "Человек сам по себе - животное",- говорит Эклессиаст. "Младенец, доколе в детстве, ничем не отличается от раба",- говорит апостол Павел. Таковые не обладают правосубъектностью, таковые не пользуются правами и свободами, хотя, возможно, и прилежащие им.

Пример Иакова с дерзновением достигающего первородства с последующими правами есть горький укор всему сегодняшнему христианству. Горечь этого укора я чувствовал и в себе. Недостаточность Божьего благословения по причине недостаточного верования в свое первородство в Боге я обнаруживал и на себе. При том, что я рассуждал высокими категориями, я чувствовал, что что-то непонятно мне, что как-бы не прибавляется мне знания и веры, что как-бы не достигаю я рычагов воздействия на Божии обещания и силы.

И я спросил: "Господи! Что сделает меня способным пользоваться властью Твоего слова и силы? Когда же и вследствие чего небесные силы придут в движение по слову моему? Когда же ангелы Твои как служебные духи станут подвластными твоему законорожденному правоспособному и дееспособному сыну?"

И следующий Божеский ответ таинственным и сокровенным образом коснулся всей глубины моего сознания, приведя меня в восторг и трепет: "Правоспособный и дееспособный сын в доме отца своего управляет слугами своими. Достигай этого, пребывая в духе рассуждений своих. Подмечай, что он делает с тобою. Высокому слову - высокое определение. И дух высокого слова сделает тебя сознательным и свободным сыном Божиим".

Позднее, я многократно возвращался к этому Божественному ответу, находя его очень точно освещающим причины благословений Божиих или не благословений. Что исповедует человек по вере в Бога, в том и пребывает. К этому слова Христа: "По вере вашей да будет вам". Исповедуй человек себя как пожизненного грешника, и всю жизнь ему не поднять к небесам открытого лица. Осознай человек по оправдательной вере во

Христа Иисуса свое первородство и посягни в вере на определенные тебе от Бога права и свободы и дух высокого исповедания поднимет тебя к небесам. И ты достигнешь сознания сына Божьего и низложишь духовные клеветы против тебя и прославишь Бога как своего Отца, даровавшего тебе столь высокое преображение через жертву и кровь Иисуса Христа.

И я продолжал вопрошать: "Я предполагаю, Господи, что отношения человека с Богом подобны отношениям между людьми. Любому роду отношений свойственны прошения, требования, возможность воздействия друг на друга участников отноше ний, а также права и обязанности их, споры и опелляции к суду. Но прежде всего любые отношения есть двусторонняя связь участников отношений. И если в земных отношениях людей еще возможно установить такую связь, то двустороннюю связь человека и Бога в их отношениях установить весьма затруднительно. Или Бог далек от человека, или Он не воспринимается человеком как участник двусторонних отношений. Затруднительность такого восприятия и вовсе исключает для человека возможность пользоваться правом требовать от Бога исполнения Им Его обязанностей и обещаний. В то время, как в земных правоотношениях людей, наделенных по закону субъективными правами, прилежит право требования, заключающееся в возможности требовать от другой стороны правоотношения исполнения или соблюдения юридических обязанностей. Скажи, Господи, есть ли правотребование у меня в отношениях с Тобою? Предусмотрено ли Тобою движение для меня от правопрошения к правотребо ванию? Я знаю, что объект права бесправен. Больной человек или ребенок, или нищий духом человек могут только просить. И я не против прошения. Но предполагаю, что требование превосходнее прошения. Так ли это?"

"Что прошение, что требование для Меня суть одно,- был ответ от Духа,- проси и требуй с верою и Я дам. Если же ты будешь идти от прошения к требованию и это прибавит тебе веры и дерзновения, то требование угоднее Мне. Но отличие прошения от требования незначительно при действенной вере и покорности воле Моей". "Но как, Господи, мне воспользоваться правом требования, как мне привести Тебя к соблюдению или исполнению Твоих обязанностей, если мне Ты предлагаешь права? Ведь у меня ничтожны силы и шансы, чтобы воздействовать на Тебя. И нет судьи, который бы рассудил бы меня и Тебя и обязал бы Тебя. Если кто из людей не выполнит своих обязательств по отношению ко мне, то я могу привести его к суду. Но какой судья разберет наши отношения с Тобою? Где этот властный посредник между нами, кто или что обяжет Тебя исполнять Свои обещания или обязанности?

"Клятвенное слово Мое наследникам обетований Моих есть посредник между нами. Веришь ли в непреложность Моей воли? Если веришь, то клятвенное слово Мое прибавит дерзновения тебе, а Меня обязывает к исполнению обещаний Моих".

Этот ответ восхитил мой дух непостижимым величием Слова Божьего, но я вновь и вновь обрывался к человеческому восприятию Евангельских слов. "Бог, желая преимущественнее показать наследникам обетований непреложность Своей воли, употребил в посредство клятву, т.к. и люди клянутся высшим". Так как-же мне ухватиться за этот безопасный и прочный якорь? Помоги, Господи!".

"Скажи мне, Господи, о праве притязания. В границах человеческого определения я могу сказать, что право притязания есть право его обладателя на удовлетворение своих потребностей собственными действиями. Обретение такого права называется дееспособностью. Так, дети, подрастая, отстаивают это право и у родителей, и у всех, с кем имеют отношения. Это естественно для подрастающего человека и это никого не удивляет. Так достигается самоопределение человека как свободной личности, так достигается правовой статус человека и его свободы. Так, я полагаю, должно быть и в Боге. Как на земле, так и в Боге должно быть благорасположение отца, когда сын говорит отцу: "Я - сам". Зная это, я тем не менее обнаруживаю и в себе, и во всем народе Божием противоположное действие: "Я ничего не значащий, но как Господу будет угодно", что суть не смирение пред Богом, а некое бесполезное самовольное смиренномудрие. И по суеверию своему народ веками сидит во младенчестве, не смея поднять головы, не смея дерзать в достижении сыновнего достоинства в Боге. Но если я знаю и это, то все же я не знаю, каковы пределы такого дерзновения, каковы основания, как определить человеку в Боге границы подвластности и свободы действий. Что Ты скажешь?"

"Может ли сын в доме отца своего расхищать имение принадлежащее ему?"

"Может, Господи, т.к. сын, приступающий к самоопределению в доме отца своего может быть и неопытным, и неразумным, и буйным, а также искренно заблуждающимся".

"Может,- был Божеский ответ,- но не дело ли это отца мудро и терпеливо поправлять и учить своего сына, готовя его в наследники. На земле господствуют стихии и люди боятся их. Сынам Моим лучшая участь".

"Но, Господи, сколько в народе неразумного дерзновения, приводящего к бедственному положению церкви- разделениям, враждам, распрям и т.д. Тысячи дерзающих самоопределяющихся служителей из народа Твоего якобы ради имени Твоего несут народу ереси и тьму, расхищают имение Твое. Не земные ли стихии господствуют в них?"

"Буйным и неразумным сынам не сидеть на престоле Моем. Благоразумные же сыны встанут под благословляющую руку Своего Отца. Кто ищет исполнить волю Своего Отца, тот не станет нарушать ее, держась благословляющей руки Отца".

"Если это так, Господи, то мне хочется сказать, что нет предела дерзновению сынам Божиим в достижение свободы действий во имя Твое. Выходит, что блажен и свят всякий, кто дерзает приобрести все, что принадлежит Тебе".

Я знаю, что для людей земли нет ничего более высокого, чем творческая деятельность, творческий акт. Но что высоко у людей, то мерзость пред Богом и это отвергнуто Богом как "нелепое идолослужение", т.к. это есть служение музам или бесам. Но по этому образу служения так высоко превознесенному между людьми, можно увидеть еще более превознесенное Самим Богом служение Ему и сотворчество с Ним. Все пути человека, направленные на изыскание этого - хороши и правы, и здесь нет ограничений. Закон же Христов, приводящий человека к правомерному поведению, не только не ограничивает, но раскрепощает человека как сына Божьего, предоставляя ему и свободы и права. Главное, что необходимо понять человеку на пути служения Ему и сотворчества с Ним состоит в том, что нет воли Божией на замораживание и свертывание инициативы и творческой энергии человека в Боге, что есть воля Божия на право притязания человека, на достижение дееспособности в Боге. В то время, как именно дух стагнации тяготеет над христианством.

Человек в отношениях с Богом ищет и достигает единственного- воздаяния Божьего. Не даяния, а воздаяния, т.е. ответного Божьего действия на действия человека. Любое даяние Божие как дар благодати Божией есть воздаяние Божие по вере человека. Без веры же никто не получит ни даяния, ни воздаяния. Человек верует и Бог вменяет веру человека в праведность и воздает ему благословением. Человек верует и делает, и Бог называет человека другом Божиим и воздает ему благословением. Воздаяние Божие есть смысл и цель для всякого человека в Боге. Воздаяние недееспособному человеку в Боге вменяется по милости, а дееспособному - по долгу. Воздаяние человеку по долгу следует рассматривать относительно, т.к. Христос Своею смертью и воскресением все сделал за всех. И если кто из верующих много делал для Бога и много трудился, то благодать Божия была тому причиной. Как недееспособному человеку в Боге, так и дееспособному человеку нечем хвалиться. Но важно то, что дееспособный период человека в Боге превосходнее недееспособного, как воздаяние по долгу или по праву превосходнее воздаяний по милости. Все "по вере, а значит по милости", но надо отличить воздаяние недееспособному человеку от воздаяния дееспособному и увидеть превосходство последнего. Так, первые шаги недееспособного младенца в доме отца своего вызывают и благорасположение и воздаяние отца, но по милости как объекту права. Так, действия дееспособного сына в доме отца своего, вступающего в право наследования, побуждают отца по достоинству воздать сыну как равноправному субъекту отношений. Важно одно! Человек в Боге ищет привести в действие механизм воздаяний Божиих и Его сил. И на этом пути, именно в этой форме воздаяний Божиих по долгу или по праву и открывается новая ступень отношений человека с Богом.

Человек в Боге придает огромное значение своему правомерному поведению, т.е. поведению, соответствующему закону Божьему. Но по немощи своей, человек воспринимает закон Христов прежде всего как закон буквы, относящийся до плоти. И все правомерное поведение таковых людей сводится к человеческой праведности и морально-нравственным поступкам. Для таковых существует принуждение закона. Так во всяком человеческом законе существует карательная функция закона, юридические санкции, без которых закон недействителен. Так в законе Моисеевом существовало проклятие закона. Так и в законе Христовом существует принуждение закона, выраженное и в суде, и в подсудном воздаянии, ударах, теснотах и т.д. И потому, отношения человека с Богом, урегулированные законом Христа, надолго омрачены для человека принуждением закона.

Но принуждение является не лучшей формой побуждения подзаконных к исполнению закона. Существует блаженная форма пребывания в подзаконности Христу, когда от принуждения закона и подсудного воздаяния человек приходит к вере как "лучшей надежде приближения к Богу", превращающей закон буквы Нового Завета в закон жизни духа во Христе Иисусе. Когда человек достигнет искупления Христом от "клятвы закона", а стало быть и от принуждения , тогда закон Христов приблизится к человеку, станет вожделенным и легким, тогда обязанность исполнять закон станет не принуждением, а естественной потребностью, тогда воля дееспособного сына Божьего станет вполне совпадать с волей Отца, тогда человек как сын Божий станет выносить из себя слова: "Вот, иду; в свитке книжном написано о мне; я желаю исполнить волю Твою, Боже мой, и закон Твой у меня в сердце".

Отношения человека с Богом, урегулированные законом Христа, только до известной степени можно рассматривать как правоотношения. До известной степени можно и человека и Бога воспринимать субъектами отношений. Закономерности отношений людей земли нельзя впрямую переносить на небесные отношения человека с Богом, т.к. земные отношения являются искусственной формой отношений антагонистически разобщенных личностей, находящихся в злом законе мира сего, исторически утративших естественные кровнородственные отношения. Притом, что все люди произошли от Адама и Евы, притом, что все люди имеют одного Единого Бога Отца, притом, что все люди могли бы сказать: "Мы Его и род".

От рождения же человека в Боге, Бог и человек вступают друг с другом именно в кровнородственные отношения, основанные на любви Божией, как отношения родителей и детей, отношения друзей. "Если заповеди Мои соблюдете, пребудете в любви Моей, как и Я соблюл заповеди Отца Моего и пребываю в Его любви". "Вы друзья Мои. Я уже не называю вас рабами".

Но еще очень долго даже рожденный в Боге человек не знает этого, и этот длительный период его отношений с Богом можно назвать правоотношениями. И по мере того, как человек приближается к Богу и познает любовь Божию и Бога как Отца, то отношения человека с Богом в буквальном смысле перестают быть правоотношениями. Высшие отношения человека с Богом регулируются любовью. Высшей формой правосубъектности человека в Боге является слияние прав и обязанностей по высшему закону Божьему, когда права и обязанности суть блаженное пребывание в Слове Его. Высшим правомерным поведением для человека является совпадение воли человека и воли Божией до упразднения человеческой воли ради превосходства воли Отца, когда человек как сын Божий становится образом ипостаси Его, когда Бог становится все во всем.

Аминь

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить